00:42
Психология солдата: размышления фронтовика

Валерий Васильевич Балинов родился 12 октября 1926 г. в Москве, в Хамовниках. Осенью 1941 года его семья вместе с рабочими завода, где трудился отец, была эвакуирована в г. Котовск, Челябинская обл. В конце 1943 г., в возрасте 17 лет, после окончания 9-го класса средней школы, призван в Красную Армию и зачислен курсантом в учебный батальон станковых пулеметов 13-го запасного стрелкового полка Уральского военного округа.

     После учебки в октябре 1944 года мл. сержант В.В. Балинов направлен на 3-й Белорусский фронт в 804-й стрелковый полк на должность командира отделения станковых пулеметов. В ноябре 1944 г. ему было присвоено звание сержанта. В конце 1944 года его часть была передислоцирована на 1-й Укра­инский фронт, в Польшу, на Вислу, в район Сандомирского плацдарма, откуда этот фронт начал 12 января 1945 г., Висло-Одерскую наступательную операцию. Сержант В.В. Балинов воевал в составе роты автоматчиков 804-го стрелкового полка 229-й стрелковой (впоследствии – Одерской) дивизии 21-й армии, 1-го Украинского фронта. Валерий Васильевич участвовал в Берлинской наступательной операции и в штур­ме Берлина. Его боевой путь завершился в Чехословакии, под Прагой, где он встретил День Победы. Военная служба для него закончилась в декабре 1950 года.

Награжден орденами Славы 3-й ст., Отечественной войны 2-й ст., медалями «За отвагу», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «Ветеран труда» и др.

    Получив среднее образование (освоил программу 10-го класса в московской школе рабочей молодежи), В. В. Балинов поступил на физический факультет Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова. После завершения учебы на физфаке (в 1958 г.) работал инженером в Физическом институте им. П.Н. Лебедева Академии наук (ФИАН) до 1966 г. Затем возвращается на физический факультет университета и работает на кафедре общей физики и волновых процессов, а с 1990 г. - на кафедре радиофизики в должности ст. инженера. Он имеет несколько десятков научных публикаций, им по­лучены авторское свидетельство и два патента на изобретения. Принимал участие в научно-исследовательских работах по оборонной тематике. В 2008 г. В. В. Балинову присвоено почетное звание «Заслуженный ра­ботник Московского университета». В настоящее время Валерий Васильевич продолжает трудиться на кафедре радиофизики МГУ им.
М.В. Ломоносова в должности ведущего инженера (секрет долголетия).

     Запись интервью, состоявшегося 1.12.2020.

А.И. Гончаров: Валерий Васильевич, когда Вы осознали себя ветераном, участником Великой Отечественной войны?

Валерий Васильевич Блинов: До 1980-х не было статуса участника войны, воевал, да, но понятия участник войны, социального статуса не было. Все годы, десятилетия по радио говорили о войне родственники воевавших, но не сами фронтовики. Они не любили говорить о войне. Я часто слышал, что фронтовики стеснялись одевать ордена, трудно сказать почему они так считали. Загадка некая, может быть черта русского человека? Это было и прошло. Зачем вспоминать?

А.И. Гончаров: Вы кавалер самой почитаемой солдатской награды – ордена Славы. Первый раз, когда Вы надели свои фронтовые награды?

Валерий Васильевич Балинов: Может быть, когда-то в 1990-е года. После демобилизации из армии, когда учился в вечерней школе, смешно было бы надеть вдруг орден Славы, как-то даже не прилично. В школе я со школьниками-подростками учился, сел за парту, десятый класс. Это была школа рабочей молодежи. Мне 25 лет уж было, но там ученики в возрасте тоже были. Мы школьники были хоть и великовозрастные, но все же школьники. Может быть, вот чем объясню, социальной психологией, юности не было у нас.

Я помню родной дядя приходил к нам, это действительно был красноармеец, у него и форма и выправка была. А мы 17-летние шли на фронт по сути еще детьми, может быть не наигрались до призыва, и, поэтому война как бы заморозила нас, а потом уже через десять лет разморожены мы были. Это я фантазирую.

Разные фронтовики конечно были. Вот те, которые 1920-23 года рождения пошли на войну, они хлебнули горя. С 1941-42 года они были уже в армии. Вот мой дядя в Ногинске погиб. Это действительно красноармеец, у него портупея, ремни помню, а вот мы, когда шли в 1944 году, это был совершенно другой состав, одна молодежь. Слишком долго тянулась эта война, наверное. Надо различать все-таки поколения, я подразделяю эту войну на несколько этапов: 1941-42 г – это одна война, 1943-44 г – это другая война, а вот 1944-45 г – это совершенно другая война. И люди другие, и форма, погоны появились. Все переменилось. Звания даже. Был политрук, стал замполит, это мелочи, но их много мелочей, а потом качество все-таки изменилось. В начале войны страшный был голод, а уже в конце войны по-другому все было, и одевали и кормили нас на фронте хорошо в 1944-м году.

Когда я прочел «Один день Ивана Денисовича» Солженицына, историю о врагах народа, думал, насколько лучше было бы мне в ГУЛАГе, чем в учебном батальоне, куда я попал после призыва. Жили в землянках, холод, голод, мороз, тяжелая была служба в армии до фронта. А на фронте было значительно легче, потому что мы наступали все время, одеты хорошо, единственно, конечно, только смерть над нами витала так же, как и в 1941, 1942. Восприятие, морально другое, в 1945-м мы же наступали, идем на Берлин, а тогда отступали, что очень сказывалось на психике. Неоднозначно все.

А.И. Гончаров: Вы попали на фронт в действующую армию в сентябре 1944 года, уже ощущался коренной перелом Отечественной войны. Было у вас чувство боязни погибнуть в этот последний год войны? Боялись Вы смерти от шальной пули, снаряда?

Валерий Васильевич Балинов: Понимаете, в чем дело, здесь возраст сыграл. Вот я, когда пулеметчиком воевал, у меня 2-й номер расчета был сибиряк. Он все время говорил: «нет, я не доживу». Он меня сынком называл, меня, командира. Я рассказывал уже как нас выгрузили у передовой, холод, мороз, сосновый бор. Готовились к наступлению. Мой старший товарищ-сибиряк совершенно по-другому воспринимал войну, на которой воевал почти с самого начала. Он говорил, что война кончится, а я не вернусь. Потом я в роту автоматчиков попал, не знаю судьбу его, но знаю, что наши пулеметчики все погибли.

Теперь перехожу к себе, мне было чудно как это я могу погибнуть? Разная война была. Читаю воспоминания Конева, Рокоссовского, это, командующие армиями, командующие фронтами, это немножко другое. А о нашем поколении не написано достойных романов, не сложено песен.

Вот, наконец, кончилась война. Документальный фильм показывает, как едут с фронта домой, матери ждут солдат, как в песне поется: “я много лет не видел маму”. Представляете, после Победы сотни тысяч солдат остались служить за границей, без отпусков мы должны были служить. И правильно. Был восстановительный период, мы с пониманием относились, по-другому сложилось. Многие представляли, вот кончилась война, все вернулись на Родину. Все да не все, огромное количество военнослужащих продолжило служить, многие поехали на войну с Японией, на Дальний Восток.

Так что понимаете, в зависимости от года, от поколения, разная война, разное восприятие. Вы встречаетесь с участниками войны, можете услышать разное, и это естественно. Судьбы людей складывались по-разному. Вопрос вроде бы простой, но, когда я начинаю отвечать, понимаю, очень трудно отвечать на такие простые, конкретно сформулированные вопросы.

А.И. Гончаров: Валерий Васильевич спасибо, Вы очень ярко, образно ответили. Мне очень понравился Ваш ответ.

Валерий Васильевич Балинов: Скажу напоследок, я считаю, что о войне надо говорить языком искусства. Вот это будет действенно! Это не отдельные факты. Возьмем, например, фильм «А зори здесь тихие…». Вот это тогда будет действительно доходить до каждого. А если спрашивать фронтовиков, то вы получите разные ответы, а вот искусство имеет форму обобщения, более-менее точно передает психологию войны.

Е.И.Латяева

А.И.Гончаров

 

 

Просмотров: 148 | Добавил: sgonchar
Всего комментариев: 0
avatar
close